184
Александр Мамаев
детельствует Евгений Спасский. – Всё имущество Велимира со-
ставлял белый узелок, с которым под мышкой он и пришёл»
77
.
На сравнение с князем Мышкиным наводит и «белый узе-
лок» (ср.: «В руках его болтался тощий узелок из старого, поли-
нялого фуляра, заключавший, кажется, всё его дорожное
состояние»
78
. Ф.М. Достоевский. «Идиот»), и то, что этот узелок
Хлебников держит «под мышкой» (аллюзия на фамилию «Мыш-
кин»), и далее: «на лице появилась блаженная улыбка»
79
, что ещё
больше усиливает сходство поэта с юродивым князем. С мемуа-
рами Евгения Спасского перекликаются асеевские строчки о
Хлебникове:
Бывало, его облекут
как младенца,
в добротную шубу,
в калоши,
и вот
неделя пройдёт и –
куда это денется:
опять Достоевского «Идиот»
80
.
Был ли Хлебников равнодушен к тому, что его внешность
порою отпугивала окружающих? («Разве можно его одного по
улице пускать?»
81
) Думается, что нет. Современники вспоминают,
что он пытался чинить свою одежду, пришедшую в негодность:
«Велимир привязывает верёвочки к брюкам в местах, где
нужны пуговицы, и так скрепляет брюки на себе»
82
(ПётрМитурич).
Он даже гордился удачной починкой свих вещей:
«…начал показывать самодельный халат и туфли, указывал
на их высшее качество, внесённое им в потрёпанные вещи»
83
(Фёдор Платов).
«На табуретке обгрызки кожи, дратва, старая оборванная
подмётка, сапожная игла и шило. Хлебников сидит на полу и ко-
пошится в каких-то ржавых, без шляпок, гвоздиках.
Он встал нам навстречу и протянул руку с щиблетой.
