176
Александр Мамаев
Хлебникова «наметилась явная тенденция изображать его птице-
подобным»
10
. Добавим, что эта тенденция перешла и в мемуар-
ную литературу. Например, – замечает Николай Асеев, – «был он
похож больше всего на длинноногую задумчивую птицу, с его
привычкой стоять на одной ноге, с его внимательным глазом, с
его внезапными отлётами с места, срывами с пространств и улё-
тами во времена будущего»
11
.
Примечательно, что здесь хлебниковский портрет близок к
изображению Гоголя в записи Г.П. Данилевского:
«Длинный сухой нос придавал этому лицу и этим, сидевшим
по его сторонам, осторожным глазам что-то птичье, наблюдаю-
щее и вместе добродушно-горделивое. Так смотрят с кровель
украинских хуторов, стоя на одной ноге, внимательно задумчи-
вые аисты»
12
.
Но если внешнее сходство двух великих писателей и могло
оказаться случайным, то отнюдь не случайно внутреннее (и те-
матическое) сходство их произведений. Например, «Смерть Па-
ливоды» (запорожец с такой фамилией встречается в «Тарасе
Бульбе»), «Велик – день (Подражание Гоголю)» и другие произве-
дения Хлебникова, которому были близки «шёпот дивчин, укра-
инские русалки и весёлые языческие глаза» «радостных "Вечеров
на хуторе близ Диканьки" («Уравнение жизни Гоголя»)
13
.
С мемуарами Н. Асеева перекликаются записи Б. Лившица:
«В своём неизменном сером костюме, сукно которого сваля-
лось настолько, что, приняв форму тела, стало его оперением, он
и в самом деле смахивал на задумавшегося аиста…»
14
Современниками отмечена не только «птицеподобная»
внешность поэта, но и в некоторых случаях сходство его поведе-
ния с птичьей повадкой. Так, Ольга Самородова пишет о том, что
в споре с астрономом Штулькерцем, отстаивая свой «закон вре-
мени», Хлебников «защищался, нахохлившись, словно большая
испуганная птица, спасающая детёныша»
15
.
Даже речь поэта, – отмечает О. Самородова, – чем-то напо-
минала птичью: «К сожалению, нет возможности передать неза-
