вели быстро, через месяц, в портретный. С девяти лет всё портреты, но всё-таки рисуется
чудесно, но видится всё по-иному. Но год прошёл, другой год…Многих перевели уже
(переводят ежемесячно), а тут, несмотря на всё внимание и похвалы, главным образом,
от учеников последнего класса, II и III категорий (неразб.). Терпение порвалось. Нужно
выяснить. Ответ: «Ваши работы слишком обращают на себя внимание. Нужно, чтобы ра-
боты учеников не отличались одна от другой по приёму. Ваша мозаичность — это пред-
взятость… Перемените вашу манеру, вы это можете, и мы переведём вас в следующий
месяц. У вас большие способности, и вам ничего не стоит…» Не стоит… «Я не переме-
ню… Просто я не приду…» Быстро оделась и ушла. Как мучительно… Весь этот светлый
мир поруган. И больше не пришла… остались недоконченными работы, всё там стало
таким чужим, ненужным. Конец радостным жизненным дням. Объяснять дома не хочет-
ся, догадались сами, что школе конец… Раздражение отца, догадки, усиливающие горе,
и неуместные остроты… сестры. Как же быть? Как идти своим путём?.. Время стало не-
нужным и дни мертвы. Сколько прошло? год?
Едут в Крым… это радует. Море (…) безбрежно опаловое на заре, равное небу — вле-
кущее грёзы за пределы зримого, певуче русалочье (…). Его не рассказать…
А передать в красках, рисунке нет умелости, это всё не то… хочется запечатлеть, вы-
знать какую-то сокровенную его тайну, и так временами хочется слиться с ним в одно.
Волшебство моря — одно из самых непоборимых.
В. В. Хлебникова.
Детский рисунок.
Казань. 1890-е
