34
Глава 4
«Париж, который всегда во мне»
41
Ни один период Вериной жизни так подробно не отражён в её «Записках…», как парижский (время
её обучения в студии блистательного художника и педагога Кес ван Донгена), и тем не менее от него со-
хранилась лишь единственная её живописная работа: «Натурщица», близкая по манере письма «Красной
танцовщице» ван Донгена. Строчки её «Автобиографических записок» служат как бы художественным
комментарием этого полотна: «С обнажённой натуры я ещё никогда не писала. Это целый новый мир!
(…) когда из потоков перламутровых отсветов, из сбегающих и оковывающих формы линий возникали
впервые формы человеческого тела на холсте,— эта немая музыка. (…) Так вот струились, напевно сме-
шиваясь на палитре, перламутровые аккорды красок, никто уже не запрещал им ложиться так, как им
было вольней: чеканной мозаикой, сплошными наплывами».
Возможно, другие парижские полотна Хлебниковой до нас не дошли лишь потому, что она, с присущей
ей самокритичностью, расценила их как чисто ученические и не сочла нужным сохранить.
Зато в Париже у неё впервые прорезалась тяга к Слову, к литературному творчеству. Сперва это были
случайные и хаотичные записи, беглые зарисовки, разбуженные избытком новых и красочных впечатле-
ний, прежде всего от посещения Лувра. Говоря о всемирно признанных мастерах, впервые познавая их
с живого холста, Хлебникова критически их осмысляет. За полотнами Рембрандта, Тинторетто, Тициана
ей видятся «какие-то очаровывающие возможности»; у Рубенса «больше личных временных пережива-
ний», у Веласкеса «живопись не производит никакого впечатления, но приковывает какой-то внутренней
силой, глубиной»; у Боттичелли «особенно утомляет ритм линий»
42
. Её кумиром становится Эжен Карьер.
«Карьер, один Карьер страдает душевно глубоко! Он сочетает строгость форм, видимых переживаний,
с воздухом бытия, с его струящимся серебром полусказки. Но нигде не глядит так божественно правда,
как сквозь его туманные холсты»
43
. Зато современные художники, особенно урбанисты, вызывают у неё
резкую отповедь: «Искусство нынешнее слабо безверием…Всё оно на поверхности. Масса унылости, и всё
это даёт какое-то сознание бренности, внутреннее беззвучие. Почему-то чудятся невидящие, стеклянные,
слепые взоры забвенья. Да, это искусство Города, временного щита Земли, но нет здесь её голоса»
44
.
В «Автобиографических записках» Хлебникова воссоздаёт художественную атмосферу Парижа начала
1910‑х годов.
41
Вера Хлебникова — Кес ван Донгену. Париж, 1913. Кес ван Донген (1877–1968) — выдающийся голландский художник, живший
и работавший во Франции.
42
Черновой автограф / Фонды Дома-музея В. Хлебникова.
43
Там же. Эжен Карьер (1849–1906) — французский художник и литограф.
44
Там же.
