99
«Вы говорите, Он ушёл, мой тихий Брат?..»
169
(Воспоминания о Велимире Хлебникове)
19 июля 1922 г.
Астрахань
Вы говорите, Он ушёл, мой тихий Брат?..
Я знаю, что у Виктора Владимировича были искренние, любящие, преданные ему
друзья… Хочется думать, что им я буду говорить о брате и друге, чутком и нежном
с теми, кого он любил и, скинув напускное равнодушие и сверхчеловеческое без-
различие к окружающим,— открывал свою душу. Как Сакия-Муни
170
, отказавшись
от земных почестей для достижения духа,— шёл он по земле. Мыслитель и поэт, мне
кажется, раздваиваются. Он был великим наблюдателем, от него, на вид равнодушно-
го и безразличного ко всему окружающему, ничто не ускользало: никакой звук бытия,
никакой духовный излом. Так он шёл по жизни, так он шёл по лесу, с таким отрешив-
шимся видом, что даже птицы переставали его бояться, доверчиво посвящая в свои
тайны.
Он был эстетом — слишком эстетом: преступления, как такового, мне кажется, для
него не было, не было душевных недостатков (как их принято понимать), его мерилом,
его судьбой была красота…
Если б он был королём (по человеческой власти), он мог бы, поразившись каким-
нибудь детским личиком, может, просто выражением глаз или изгибом бровей,— сняв
с себя драгоценную корону, надеть её на голову ребёнка и, прошептав смущённо: «возь-
ми, это тебе совсем», с безразличным, скучающим видом идти дальше. Он мог бросить
свою королевскую мантию к ногам жнущей рожь красавицы и навсегда пройти мимо.
Он мог, вдруг растрогавшись, отдать её дряхлой изнурённой старухе, но так, чтобы
не заметили…
Он мог каким-то внутренним взлётом подарить, как безделушку, своё королевство.
И когда бы спросили, где оно, он бы устало зевнул, сказав «ах, как всё это скучно», и по-
грузился бы в свой мир.
Его мозг был требовательным и ненасытным, и был хозяином… И душа лишь порыва-
ми вырывалась от его засилья.
Его многие считали эгоистом и бессердечным…
Он же был ребёнком навсегда, то упрямым и капризным, то кротким и тихим.
А люди требовали от него, как от взрослого, и он ушёл.
А мне всё кажется, что мы с ним ещё будем, как он мечтал с Кавказа, «вместе рвать
кисти синих ягод и подкрадываться к заснувшим черепахам. Что ещё нам надо?» — до-
бавляет он в своём письме
171
.
Ввиду сложившейся особенно трагично семейной жизни родителей Виктора Влади-
мировича
172
, мне пришлось скрыть от них ужасное известие, и потому я могу сообщить
пока, что знаю сама.
169
Впервые опубликовано под заглавием: «Воспоминания Веры Хлебниковой» в сб. «Велимир Хлебников: Стихи. М., 1923».
Воспроизводится канонический текст.
170
Сакия-Муни — одно из распространённых имён Будды.
171
Письмо от 2 января 1921 г. Из Баку.
172
Потеря детей.
