81
обысков. Судя по интерьеру, описан дом на Большой Демидовской, где проживали родители. Типажи
тоже, видимо, списаны с натуры.
С 1917 года ключевой темой литературного творчества Веры Хлебниковой становится революция. Ни-
где, ни в её письмах, ни в произведениях, мы не находим восторженного отношения ни к февральской
революции, ни к октябрьскому перевороту.
Начиная со смутного времени (1917 год), Астрахань живёт предчувствием перемен, грозных, трагиче-
ских. Это осознали не все и не сразу. В Питере грянули залпы «Авроры», а в тихой провинциальной Астра-
хани всё спокойно: в театре «Модерн» идёт картина «Золотая грязь», триумфально прошедшая в столице
при переполненных залах; зубной врач Екатерина Хлебникова даёт объявление о часах приёма, а «Мест-
ная летопись» сообщает: «Настроение в городе остаётся выжидательным. Общее мнение таково, что ве-
роятнее всего Астрахань горькой чаши большевизма не испьёт»
119
.
Эту чашу Астрахань пила долгие 70 лет. И Вера Хлебникова одна из первых почувствовала всю её го-
речь. На рисунке из её «Астраханской тетради, I»
120
— падшая царская корона, а рядом — кадушка с рас-
тениями и надписью «Революция». Какие же плоды взрастило Древо Революции? Вера указывает: «Ке-
ренский, Корнилов, Каледин, Луначарский, Ленин».
Вера Хлебникова уже выбрала свою позицию, своё отношение к происходящему. Но, видимо, боясь
поплатиться за свои взгляды, она «с мясом» вырывает некоторые страницы из «Астраханской тетра-
ди», зачёркивает особо резкие строки в адрес новых правителей, зачастую делая невозможным их
прочтение.
Январские очерки Хлебниковой 1918 года (время политического противостояния в Астрахани казаков
и большевиков) зачастую похожи на дневниковые записи:
«И я уже лежала, задыхаясь от судорожных рыданий, мечась на постели, как в бреду. Помню, пришла
мама и держала меня, чтобы я не упала на пол (…). Бедная мама говорила, утешала: “Ну, всё устроится,
ну, придёт Шура, тогда устроится всё“. Она не видела тогда то, что виделось мне.
И… Витя убегает, убегает, как это жутко!»
Что же означают эти последние строки: «Витя
(Велимир.— Прим. А. М.)
убегает, убегает…»?
«Время революции застало семью Хлебниковых в Астрахани,— вспоминает П. В. Митурич.—
Дома были Велимир и Вера. Раздавалась стрельба в городе. Велимир уходил куда-то наблюдать
за ходом войны. Вера больная сидела дома. Он вдруг ей предлагает выступить в сражении. Он её
сведёт на место, где происходит решительная схватка красных и белых. Она должна выйти между
воюющими и спокойно требовать прекращения войны. При этом добавил, что, несомненно, будет
спасено много жизней. Но Вера, вообще способная на подвиг сверхчеловеческий, а такой её знал и Ве-
лимир, была в то время крайне слаба физически и чувствовала, что не может решиться на такой
шаг. Конечно, Велимир был бы рядом с сестрой, но сам он выступить с таким заявлением не решал-
ся, может быть в силу отсутствия у него способности к зычной дикции, которая тут необходима
была абсолютно»
121
.
Уличные бои в Астрахани привели к установлению жёсткой большевистской диктатуры, с массовыми
расстрелами, голодом, искоренением инакомыслящих. Стремясь запечатлеть ход астраханской истории,
Хлебникова черпает сюжеты своих рассказов прямо из жизни:
119
Астраханский листок. № 241. 2 (15) ноября 1917.
120
Название условно. Общая тетрадь с астраханской тематикой периода 1917
–
1919 годов. 66 заполненных страниц, не нумерованных.
Несколько листов вырваны и две страницы пустые / Фонды Дома-музея Велимира Хлебникова.
121
Митурич П. В. Воспоминания о Велимире Хлебникове, ранее упомянутые / Собрание М. П. Митурича-Хлебникова.
