3
«Хлебниковская Веранда» № 29
Два дня без Музы
Среда. Бесчинствует норд-вест,
Как будто бес, гарцуя, кружит,
Терзает нас, луну и крест,
И злые рожи корчит в луже.
Где колокольный звон с бугра -
Звон поднебесный и окольный?!
Норд-вест заутреню сыграл
И захлебнулись колокольни.
Ты понимаешь - это криз…
А может быть все дело в гриппе?!
И за промозглым "покорись"
Влетит зима и Муза всхлипнет!
Четверг норд-вест на норд скрутил,
Когда уже хрипело горло.
Пурга из северной груди
Упала тенью птицы гордой.
Вот норд тугие косы вьет,
Ликует в бешеном угаре,
Ткет серебристое новье,
Чтоб зиму больше не ругали.
Вспушил он изморозь души,
Как будто сделал чище, краше…
Хандру сугробом оглушив,
Норд заморозил день вчерашний!
Все опечатал - грязь и дождь,
Минор и беса злые козни,
И выдал мне: - Ты Музу ждешь?
А на лице-то… Вечер поздний.
Н
аши пути как ножи перекрещены,
Ежится зябкое утро спросонок.
Ты говорила мне: «Сильная женщина!»
Он говорил мне: «Ты сущий ребенок!»
Но на душе незажившая трещина,
Дождик сегодня особенно звонок.
Знаешь, наверно, я все же не женщина,
Может быть, просто я сильный ребенок?
Я видела такую красоту
В сиянии фонарном над рекою,
Когда моей несказанной тоскою
Дождь мчался, разбиваясь, в темноту.
Я видела такую красоту,
Пускай она тебе сегодня снится,
Я падший ангел, раненая птица,
Подбитая судьбою на лету.
Я видела такую красоту,
Которую не углядишь из окон,
Она разбила мой хрустальный кокон,
Она меня пустила в высоту.
Я видела такую красоту,
Которую навряд еще увижу,
Мой Бог, когда ты спустишься пониже,
То я в твоих глазах ее прочту.
Переклики, перестуки.
Светлых дней многоголосье
Протянуло к небу руки,
Закружилось в вальсе сосен.
Перезвоны, переливы.
И ромашковое поле
В дни весеннего разлива
Просит солнечную волю.
Тополиный снег кружится,
Как дымок в моей лампаде,
Теплым бархатом ложится,
Шлейфом стелется для свадеб.
Я бы отдал тебе свой рок,
Все, что в прошлом,
И впереди,
Где с тоской ожидаем срок,
Где теряем себя среди
Дней, что так откровенно
честны
В светлых помыслах и делах.
Я бы отдал тебе свои сны,
Только в них,
Словно в зеркалах,
Ты увидишь лишь свой силуэт,
Обрамленный фарфоровой
тьмой,
И миры, где эоны лет только
мы…
Только мы с тобой
Будем вечно в пути одни
Сохраняя черты руин.
Я бы отдал тебе свои дни,
Золотые огни вершин,
Но они все и так твои -
Протяни ладонь и войди
В мир, воссозданный клятвой и
Светом, рвущимся из груди.
И тогда,
Тенью звезд над водой,
Змейкой мысли в седых висках,
Я пойду за своей звездой,
Что сверкает в твоих руках.
Пришла в огне весна.
И дождь - кап-кап. Ель
Расцветает в гневе - сна
Ее лишили. И капель -
Хрусталь. Навес намок. Рой
Слез из облаков
Несет весна. Мокрой
Сталью в Волге вобла. Ков
Кузнецов питает воздух.
Луч солнца очень строг -
И cнега тает воз. Дух
Братства снес острог
Из льдинок. И из почек
Душистая листва полезла,
Весны показывая почерк,
Зимы разрушив поле зла.
Притуши огонь,
Слишком груб
Его свет для двоих.
Протяни ладонь,
Тавро губ
На руках своих
Сохрани.
Оглянись - окрест
Высота, но я
Средь знакомых мест,
Даже ты, вольная,
Не пытаешь высь -
Тень оставь земле,
Небо - поручень, обопрись,
Не лежи уздой
На чужом крыле.
Только я и ты,
И слепой,
Бешеный прыжок в темноту, -
Чистым голосом высоты
Миру пой,
Забывая боль свою на лету.
Не спеши вперед,
Ты и так
Заблудилась в своих мирах, -
Ветер выветрит
Серый лед,
Леденящий сознанье страх
Из твоей души,
Нежных серых глаз.
Сердце приглуши -
Мой рассказ
Для других беда,
Вестник зла;
Ты же навсегда унесла
Из моих чернил
Седину,
Словно раньше жил
Тот Чью вину
На себя беру -
Крест любой, -
Сердце по ветру
За тобой.
* * *
* * *
* * *
She's thief
* * *
Àëåêñåé Ãëàäêèé
Àíàñòàñèÿ Áàáàåâà
Ãàëèíà Êóðáàòîâà
Ðîìàí Èðòóãàíîâ
Ðîìàí Ñîðîêèí
Весна
