«Хлебниковская Веранда» № 29
2
Оставить почерк моей пыли
По суровым окнам, подписью узника,
На строгих стеклах рока.
Так скучны и серы
Обои из человеческой жизни!
Окон прозрачное нет!
Я уж стер свое синее зарево, точек узоры,
Мою голубую бурю крыла - первую свежесть.
Пыльца снята, крылья увяли
и стали прозрачны и жестки.
Бьюсь я устало в окно человека.
Вечные числа стучатся оттуда
Призывом на родину, число зовут к числам вернуться».
Вот гармонические белые стихи, не уступающие лучшим драматиче-
ским монологам Шекспира и Пушкина, при всей своей субъективности
поразительно эпические - в них колыхается7 неизреченная внемирная
грусть могучей души, бабочки, залетевшей в своих звездных скитаниях
на нашу планету.
В «Зангези» спеты самовитые песни, сказано Вещее на Заумной Ре-
чи, рассказано про наше страшное время звездными словами Азбуки.
Эта книга, сжатая, взрывная, сильна как динамит.
Для того, чтобы разобрать ее, понять, изучить и оценить, нужно со-
лидное исследование. А она сама говорит за себя. Ее самовитые песни
смешны и непонятны дикарскому уровню прохожих: они издеваются
над Зангези, как в древности издевались над пророками.
О, Велемир хорошо знал, как отнесутся к самовитым песням [нрзб. -
дефект машинописи] прохожие.
И он вывел их самих в «Зангези», со всех их убожеством, когда они
называют его песни и слова «безумью барщиной и тарабарщиной» и
просят сыграть камаринскую.
В «Зангези» скрыты тайны великих открытий Велемира, законов не
только языка, но и судьбы.
«Зангези» - Заратустра Русской Баячи. В широком сравнении «Зан-
гези» имеет для Баячи гораздо большее значение, чем «Заратустра»
имел для философии.
Вот, слушайте Зангези:
Они голубой тихославль,
Они голубой окопад.
Они в никогда улетавль,
Их крылья шумят невпопад.
Летуры летят в собеса
Толпою ночей исчезаев.
Потоком крылатой этоты,
Потопом небесной нетоты.
Летели незурные стоны,
Свое позабывшие имя,
Лелеять его нехотяи.
Умчались в пустыни зовели,
В всегдаве небес иногдава,
Нетава, земного нетава!
Летоты, летоты инес!
Вечернего воздуха дайны,
Этавель задумчивой тайны,
По синему небу бегуричи,
Нетуричей стая, незуричей,
Потопом летят в инеса,
Летуры летят в собеса!
Летавель могучей виданной,
Этотой безвестной и странной,
Крылом белоснежные махари,
Полета усталого знахари,
Сияны веянами дахари.
Река голубого летога,
Усталые крылья мечтога,
Широкие песни ничтога…»
Эти странной силы заклятия вызывают из глубин повседневного жи-
тия скрытные, спящие Души вещей, незнаемых образов, медлительно
чертящих полетные круги по тверди нашего сознания.
И глубоко односторонни те самодовольные, что считают эти стихи
одной так наз. «звукописью», т.е. побрякушками, хоть и играемыми с ис-
кусством, звуков.
До этих стихов надо дорасти Душой.
Чувствуется в них извечно скрытое мерцание таинственных бездн
языка, голос его пробуждающихся богов.
Велемир-Зангези разбудил этих богов речи своим грандиозным
Могу!
«Слушайте, слушайте моговест мощи!
Иди, могатырь!
Шагай, могатырь! Можарь, Можар!
Могун, я могею!
Моглец, я могу! Могей, я могею!
Могей, мое я. Мело! Умело! Могей, могач!
Моганствуйте, очи! Мело! Умело!
Шествуйте, моги!
Шагай, могач! Руки! Руки!
Могунный, можественный лик, полный могебнов!
Могровые очи, могатые мысли, могебные брови!
Лицо могды. Руки могды! Могна!
Зангези комментирует эту Моговость Мощи так: «Это Эм ворвалось
в владения Бэ, чтоб не бояться его, выполняя долг победы».
Но это дивная вещь, в которой специалисты стихотворчества видят
чудеса, творимые простейшими средствами - суффиксами и флексия-
ми - имеет смысл и власть более глубокие: это гимн проснувшейся Мо-
гучей Воли, это благодатный душ на ослабевшие души людей.
Зангези продолжает дальше:
«Это войска пехотные Эм размололи глыбу объема невозможного,
камень-дикарь невозможного, на муку, на муравьиные ноши, из дерева
сделали мох и мураву, из орла муху, из слона мышь и стадо мурашей -
и целое стало мукой бесконечно
малых частей. Это пришло Эм, мо-
лот великого, молью шубы столе-
тий, все истребив.
Так мы будим спящих богов ре-
чи.
Дерзко трясем за бороду - про-
снитесь, старцы!
Я могогур и благовест Эм! Мо-
жар! Можаров! К Эм, этой север-
ной звезде человечества, этому
стожару всех стогов веры, - наши
пути. К ней плывет струг столетий.
К ней плывет бус8 человечества,
гордо надув паруса государств.
Так мы пришли из владений
ума в замок «Могу».
Вот освежительная, волшеб-
ная, баярная будетлянская муд-
рость!
1
Рукописный архив П.В. Митурича (фамильное собрание М.П. Митурича)
2
В Астрахани
3
Газета "Коммунист" (ныне "Волга")
4
Их начало утрачено. Название нами дано условно
5
Так у И. Лабунского
6
Зачеркнуто: Пастернаком, Маяковским, Каменским
7
Так в машинописи
8
Большой корабль
Рис. Duљan Nбgel
